Лето от сотворения мира 6313 (805 г. н.э.) Златка открыла глаза от непонятного томления на сердце — чудилось что-то радостное, светлое, и от боязни потерять это, и не узнать, что потеряла, на душе становилось как-то тревожно. Из окна сочится чуть синеватый свет. Рано проснулась Златка, но лежать в постели больше не было мочи. Потеряв терпение, она встала с хрустнувшей пухлой перины, и подошла к окну. На стекле снежные узоры, — всю ночь бурлила метель, казалось, утро никогда не наступит. Свет проник сквозь длинную рубашку тонкого мягкого полотна и предательски обнажил тонкое девичье тело, столь четко, словно ткань была совершенно прозрачной. Мороз — искусный фантазер и художник. На стекле он нарисовал густой лес из переплетенных длинных ветвей. И, казалось, что из густых зарослей вот-вот появится невиданный чудный зверь: то ли конь, то ли олень, с рогом во лбу. Говорят, что зверь-единорог приносит счастье и тому, кто увидел его, хоть краешком глаза, всегда будет сопутствовать удача. В короткие зимние дни Златка любила смотреть на снежный лес на окне. Но Златке ни разу не удалось увидеть его, хотя и сидела тихо-тихо перед зимним окошком, как мышка. Единорог так ни разу и не явился ей на глаза. Наверно, боялся. Слишком пуглив единорог, не любит он человеческой жадности, потому и не показывается на глаза людям. А Златка не жадная. Ей надо совсем ничего — хорошего мужа, детей. Не вышел из леса единорог и на этот раз. Девушка горестно вздохнула, — не хочет хитрый зверь приносить ей счастье. Златке надоело смотреть на окно. Она могла бы зажечь свечу и завершить вчерашние стежки на вышивке, но в доме, чтобы не приманивать разбойников, старались не зажигать огня. Разве на кухне уже затопили печь, и повариха занялась приготовлением завтрака. Златка уже хотела вернуться в постель, как до ее слуха донесся странный звук, низкий и тягучий, словно застывший мед. Звук леденил кровь и гнал по телу дрожь. — Набат! — испуганно воскликнула Златка. В глубине дома тотчас же послышался громкий и частый шум множества бегущих людей, крики. Набат, шум и крики могли означать одно — на дом напали разбойники, чтобы его ограбить, убить мужчин, а женщин взять в рабство. Первые погромы случились сразу, как только разбой-ники-даны вошли в Словенск. Тогда они взяли с города выкуп, которым старшины хотели откупиться от грабежа захватчиков, но затем нарушили слово: старшин казнили, и грабили город три дня. Спасая свои жизни, горожане разбежались из города. Позже, когда разбойники насытились кровью и грабежами и притихли, многие вернулись. Однако разбойников всегда надо было опасаться — заметив красивую женщину, они врывались в дом, чтобы завладеть ею. Поэтому, услышав шум, испуганная Златка кинулась в коридор. Здесь она столкнулась с братом. Любим был в доспехах и при оружии. Лицо злое и азартное. Столкнувшись с сестрой, на мгновение задержался. Ты чего вышла из комнаты? — нетерпеливо кидая взгляд в сторону выхода, спросил Любим. — Что случилось, братка? Разбойники снова грабят город? — едва не плача, спросила Златка. — Не бойся, сестра, то народ поднялся на разбойников. Бьем их по всему городу Ни одного не оставим в живых, — весело сказал Любим. — Город восстал? Как, почему? — быстро спросила Златка. На ее языке вертелось множество вопросов, но брат окинул ее быстрым взглядом и посоветовал: — Ты бы оделась, сеструха. Говорят, князь с дружиной подходит к городу — Какой князь? Князь Буревой? Вопросы остались без ответа. Любим, гремя железом, убежал. Вздохнув, Златка вернулась в свою комнату и принялась застилать постель: взбила пуховые перины; поверх уложила одеяло; сверху — покрывало из цветной толстой ткани; на покрывало подушки горкой; а сверху всего — белоснежную накидку с узорами. Судя по всему, день ожидался беспокойный. Восстание против разбойников, захвативших город, радовало. При разбойниках город жил, как на погосте, — тихо, сумрачно, носа из дома не высунуть. А прогонят разбойников, вернется привычная жизнь. Впереди весна. Будут хороводы, гуляния, катание на качелях — так что захватывало дух. Забавы, которые так любила Златка. Не успела Златка застелить постель, как в комнату вошла Ясна, старшая сестра Златки. На ней легкий полушубок, зеленая юбка с белой полосой по низу. Лицо румяное. Губы алые. Глаза горят радостным огнем. Красивая — жуть! — Златка, всех разбойников побили, пошли теперь встречать князя с дружиной, — весело пропела она. — Какого князя? Князя Буревоя? — Ах, какой князь Буревой? Его сын Гостомысл пришел. — Ясна спохватилась. — Да что же ты стоишь? Одевайся скорее, или я уйду одна. Златка кинулась к зеркалу, а пока причесывалась и красила губы, слушала сестру. А ту и спрашивать не надо, сама взахлеб рассказывает, что в город ночью пришел воевода Медвежья лапа и поднял людей, против данов, а тем временем с моря к городу подошла княжеская дружина. Данов всех побили в одно мгновение, а главный их конунг Готлиб убежал на ладье. Оказывается, у него давно корабль был готов к бегству Златка слушала удивительный рассказ сестры, открыв рот, и от изумления у нее все валилось из рук и получалось не так — сколько ни красила, а губы выходили слишком бледные и брови недостаточно черные. Рассказывая, Ясна нетерпеливо ходила по комнате. Наконец не утерпела, бросила взгляд на сестру и изумилась: — Златка, да ты еще не готова?! Давай скорее. Князь-то пришел с молодой дружиной. Там парни все молодые, красивые. Как бы нам не прозевать встречу из-за твоей возни. Златка мгновенно мазнула по губам пальцем с помадой и вскочила со стульчика. — Я все — готова!
Выйдя из дома, девушки обнаружили, что метели словно и не было: небо синело хрустальной чистотой; солнце сияло до ломоты в глазах. Ладонью заслонились от яркого света. И обычно пустые улицы вдруг оказались полны людей. Все торопились на пристань. Слышался громкий смех. Страх словно растаял со снегом. — А я думала, что все убежали из города, — говорила Златка, едва поспевая за сестрой. Сестра, соблюдая приличие, с трудом сдерживаясь, чтобы скорый шаг не перешел на бег, слегка задыхаясь, говорила: — При данах все боялись выйти из дома, потому и казалось в городе пустынно. Наконец прибежали на брег реки. Народу — не протолкнуться, — так и не смогли пробиться к реке. Но видно, что на полоске чистой черной воды вдоль берега, — дальше сверкающий под горячими лучами солнца лед, застыли корабли с алыми знаменами на мачтах. Златка удивилась: как могли корабли прийти к городу когда на Нево-озере лежит лед, и на север еще пути нет? — но тут толпа на пристани радостно зашумела и заколыхалась, оставляя свободный проход. Златка увидела, как по проходу идет торжественная процессия: впереди несколько человек в праздничных плащах, сзади воины в блестящих доспехах — все молодые и красивые. — Ой, княжеская дружина идет! — с восторгом взвизгнула Ясна. — Ах, какие красивые мальчики! — мурлыкнула под нос Златка и толкнула сестру в бок. — Ясенка, а где же князь? — Да вон же! Впереди! — проговорила Ясна, махая кому-то ручкой. Впереди шел какой-то мальчик с серьезным лицом. Рядом с ним шел красивый юноша и что-то говорил мальчику улыбаясь. Но князя Буревоя Златка не увидела. — Ясенка, да где же князь? — спросила Златка. — Ах! — с досадой, проговорила Ясна. — Видишь же — впереди идут двое юношей? — Вижу. — Так один из них и есть князь. — Но князь должен быть старый. — То был князь Буревой. Ты что — не слышала, что он умер в прошлом году и теперь князем его сын Гостомысл? — Не слышала. Гостомысл — это кто? Там двое юношей. — Тот, что еще мальчик. — А — вижу. А рядом кто? — Рядом его молодой воевода — Ратиша. Он близкий друг князя. — Какой красивый мальчик, — выпалила, не удержавшись, Златка. Ясна бросила на Златку подозрительный взгляд. — Кто — красивый? — Князь, конечно! — смущенно проговорила Златка. — Молодая ты еще на мальчиков заглядываться! — фыркнула Ясна. Женским чутьем она почувствовала, что интерес сестры пал на молодого человека, которого она выбрала себе, и таким образом сестра превращается в соперницу В опасную соперницу, потому что младшие сестры имеют обыкновение получать то, что нравится старшим сестрам. — Мне уже четырнадцать. Через два года замуж, — парировала Златка. — А мне шестнадцать, я старшая сестра, поэтому я первой должна выбрать себе жениха, — сказала Ясна. — Посмотрим! — полыхнула дерзким взглядом Златка и дерзко помахала ручкой молодому воеводе. Губы юноши тронула улыбка, но он тут же строго нахмурился. А на сердце девушки полыхнула радость — он заметил ее.
Гостомысл, в сопровождении свиты из дружинников и городских старшин, под радостные крики народа, дошел до ворот кремля. Здесь произошла заминка — у ворот процессию встретила Милана во главе толпы слуг. Поклонившись Гостомыслу и поприветствовав его, — по городу уже разнеслось известие, что князь Буревой погиб, а вместо него князем пришел Гостомысл, — она негромко сообщила, что разбойники убежали, теперь слуги уничтожают следы их пребывания во дворце. — Милана, на вечер готовь пир, — так же негромко сказал Гостомысл. — Вино, медовуха найдется, а вот с мясом беда — разбойники всю зиму просидели в городе, и на охоту не ходили. Лентяи — все вчистую подъели, — сказала Милана. — Пошли слуг на мои корабли, пусть возьмут мясо и все, что необходимо для пира, — сказал Гостомысл. — Будет сделано, — сказала Милана. Гостомысл поднялся на высокое крыльцо. Рядом с ним встали Стоум, Ратиша, Медвежья лапа, воеводы и городские старшины. Осматривая море людей внизу, Медвежья лапа проговорил: — Как видишь, князь, нам все удалось! Гостомысл вздохнул и промолвил: — Если бы. Медвежья лапа, не поняв слов Гостомысла, хотел спросить, чем недоволен князь, но Гостомысл поднял руку, призывая народ к тишине, а когда внизу стихло, начал говорить. В своей речи он был дипломатичен и говорил о том, что врага удалось прогнать благодаря общим усилиям. Речь было недолгой и не очень понятной, но в радостном возбуждении никто и не вникал в слова, сказанные молодым князем. Важен был тон, а не содержание. А когда князь в завершение речи, сообщил, что устраивает пир, восторгу не было предела.
Лето от сотворения мира 6313 (805 г. н.э.) 
