— Господин граф де Миранда! Слуга с угольно-черной кожей, наряженный в форменный камзол из голубого шелка с пущенными по гладкому полю большими желтыми цветами, громко выкрикнул эти слова, и они произвели сильное впечатление на множество гостей, заполнивших роскошно убранные залы маркизы де Монтелимар, очаровательной сеньоры, превозносимой в Сан-Доминго всеми искателями приключений, а также всеми чиновниками и офицерами, морскими и сухопутными. Сразу же приостановились танцы, весьма оживленные до той поры. И дамы, и кавалеры заторопились к дверям большого зала, словно их влекло непреодолимое любопытство увидеть вблизи этого графа, который за считанные часы, что он пробыл в Сан-Доминго, умудрился обратить на себя внимание многих. Черный привратник едва успел приподнять богатую камчатную портьеру с длинной золотой бахромой, как объявленная персона появилась. Это был очень красивый молодой человек лет двадцати восьми — тридцати, высокого роста, с тончайшими чертами лица, выдававшими аристократическое происхождение, горящими глазами глубокого черного цвета, черными же усами и белейшей кожей, крайне необычной для командира фрегата, плавающего под жгучим солнцем Мексиканского залива. Этот странный и интригующий человек был одет, кто знает по какой прихоти, во все красное. Именно такого цвета был камзол, красными были нашивки, штаны, нарядная фетровая шляпа с длинным пером, а также кружева, перчатки и даже высокие сапоги; из красной кожи были сделаны и ножны шпаги. Граф, увидев перед собой стольких людей, внимательно рассматривавших его, слегка нахмурился, словно раздраженный их любопытством, потом вежливо снял шляпу, грациозно повел ею, прикоснувшись ее длинным пером к ковру, и слегка поклонился, продолжая удерживать левую руку на рукояти шпаги. Маркиза де Монтелимар поспешила расчистить проход среди гостей и приблизилась к графу. Не напрасно ее называли прекраснейшей вдовой Сан-Доминго! Это была роскошная уроженка Кастилии, еще молодая, так как не прожила на свете и двадцати пяти весен, высокая, стройная, гибкая, с миндалевидными лучезарными глазами, иссиня-черными волосами и белой, как алебастр, кожей — такой цветовой контраст присущ креолкам с берегов Мексиканского залива. Муж ее, старый маркиз, всего несколько лет назад был убит в сражении с флибустьерами. Несмотря на свое вдовье положение, маркиза была одета в белое шелковое платье, украшенное спереди мелкими изумрудами, тут и там искусно собранными в группы, а на белоснежной шее красовались две нитки калифорнийских жемчугов немыслимой ценности. Она остановилась перед графом, отвесив грациозный поклон, сопровождаемый очаровательной улыбкой, а потом, протянув гостю руку, сказала: — Рада, что вы, граф, приняли мое приглашение. — Маркиза, люди моря грубы, но они никогда не отклоняют приглашений, особенно в тех случаях, когда таковые исходят от столь прекрасной дамы, как вы. Эти слова заставили нахмуриться не одно лицо; среди почитателей маркизы они вызвали неодобрительный шепоток. А граф де Миранда резко обернулся, гордо опираясь левой рукой на рукоятку шпаги и подбоченившись правой, и громко сказал: — Кажется, кому-то не нравятся мои слова. Так знайте, что мы, люди океана, умеем не только управлять судном; нанести противнику хороший удар — нам тоже под силу. — Вы ошибаетесь, сеньор, — сказала маркиза. — Собравшиеся здесь весьма уважают людей, которые, несмотря на бури и прочие опасности, защищают нас от флибустьеров острова Тортуга. Никто не осмелился возразить, и лица прояснились. Один лишь капитан гранадских алебардщиков, ростом на добрую ладонь выше молодого графа, все еще не мог успокоиться. — Сеньор, — сказала маркиза де Монтелимар, — вы не желаете предложить мне свою руку? Мне будет очень приятно опереться на сильную руку моряка. — Который готов отдать свою шпагу, да и всю свою жизнь в ваше распоряжение, маркиза, — ответил молодой красавец, дерзко поглядывая на гостей, выражавших некоторое недовольство предпочтением, которое молодая вдова оказала никому не известному капитану. — Этого я не требую. Вы танцуете? — Да, маркиза, но только на французский манер, поскольку я воспитывался в Провансе. — Как это? Разве вы не испанец? Если не ошибаюсь, де Миранда — кастильский род? — Чистокровный испанец, но мой отец женился на француженке и ребенком отдал меня на воспитание родителям моей матери. — Мне и в самом деле показалось, что ваше произношение отличается от нашего. — Моряки странствуют по разным краям, так что порой забывают правильный выговор родного языка. Вот и я очень долго жил в Италии. — Ах, вот почему вы так приятно говорите. О, Италия! Я тоже там бывала… Откуда же вы прибыли теперь? — Из Вера-Круса, маркиза. — Пережив по пути Бог знает сколько приключений! — Нет, маркиза: всего лишь один шторм да пару абордажей с кораблями флибустьеров. — Вы их потопили, надеюсь? — Взял на буксир, пленив предварительно экипаж. — А куда сейчас направляетесь?.. — Я остаюсь здесь защищать Сан-Доминго. — Нам кто-то угрожает? — Говорят, что буканьеры в союзе с флибустьерами готовятся напасть на этот город, но на своем пути они встретят сорок пушек моей «Новой Кастилии», и клянусь вам, маркиза, что я… Граф внезапно прервался и посмотрел вбок. Капитан алебардщиков, тот самый, что незадолго до этого ворчал больше других, красивый мужчина лет сорока, высокий, как гренадер, с длинными усами, свисающими по-китайски вниз, остановился в нескольких шагах, словно желая подслушать их разговор. Как только молодой моряк прервался, капитан поспешно отвернулся, нетерпеливо схватившись за рукоятку своей длинной шпаги, и столкнулся с дамой, пересекавшей в этот момент зал. — Кто этот господин? — спросил граф нахмурившись. — Граф де Сантъяго, капитан алебардщиков Гранадского полка, — ответила маркиза де Монтелимар улыбнувшись. — Он вас заинтересовал? — Ничуть, сеньора. Мне кажется, он преследует нас, чтобы подслушать, о чем мы говорим. — Он мой обожатель. — А их, должно быть, немало у такой красивой женщины. — О, граф! — воскликнула маркиза, стукнув по руке своим богатым веером с золотыми пластинками. — Он любит вас? — Безумно. На прошлой неделе он заколол шпагой морского офицера, потому как подумал, что я отдала предпочтение этому несчастному лейтенанту. — Ах, так капитан ревнив? — Он удачливый дуэлянт, как это говорится, — добавила маркиза. — Хотел бы я испытать хоть немного его умение, — с иронией проговорил граф. — Остерегайтесь этого, сеньор де Миранда! — Маркиза, вы полагаете, что такой человек, как я, боится этого капитана? — Нет, граф, но мне было бы жалко… — Чего? — Если бы вас настигло какое-нибудь несчастье, — ответила маркиза, и голос ее, как показалось молодому человеку, невольно изменился от волнения. Он отнял свою руку и удивленно посмотрел на маркизу: — И вам, знающей меня всего каких-нибудь пять минут, — сказал он, — вам было бы неприятно, если бы со мной случилась беда? — Я восхищаюсь такими смелыми и любезными людьми, как вы, граф. У молодого человека перехватило дыхание, потом он сказал вполголоса: — Странно… даже мой дядя … Но он тут же прервался, прикусив губу. — Что вы сказали, граф? — переспросила маркиза. — Музыка и в самом деле великолепна, нам надо станцевать это восхитительное фанданго. — Как раз это и я хотела предложить вам. — К вашим услугам, маркиза. Танцы продолжились. Дамы и кавалеры стремительно кружились в роскошных залах дворца Монтелимар, наэлектризованные дюжиной музыкантов, скрытых за неким подобием небольшого садика, который образовали два ряда пышных бананов. Огромные листья растения достигали золоченого потолка. Граф встал рядом с маркизой, и они легко смешались с круговоротом танцующих. Некоторые из танцоров даже остановились, чтобы полюбоваться на очаровательного молодого человека и его не менее очаровательную партнершу, пораженные их легкостью и грацией. Никогда прежде они не видели столь хорошо танцующего моряка. Фанданго закончилось, и граф только что проводил маркизу к ее месту, когда позади себя услышал голос: — Сеньор, вы, кто так хорошо танцует! Может быть, вы столь же хорошо умеете играть? Молодой капитан «Новой Кастилии» живо обернулся и не очень-то удивился, увидев капитана алебардщиков Гранадского полка. ------------- "Скачайте книгу в нужном формате и читайте дальше"
— Господин граф де Миранда!
