Иногда мне кажется, что зимние шторма, сотрясающие скалистые, седые от древности берега южных островов, – это и есть тот самый «Поцелуй моря», родивший из пены волн Королевство Пеллийское. Королевство, для которого тысяча лет – всего лишь страница Книги Книг. Острова и проливы, солнце и сумрак, твердь и волна. Пеллия, ставшая мне домом, хоть я и не просил ее об этом, но все же не нашел в себе сил вернуться в земли отцов. Много, много лет прошло с тех пор, как я, восторженный и порядком изумленный мальчишка, ступил на берег одного из островов Королевства. Пеллия жила и живет морем; так и мне, для того чтобы достичь ее пределов, пришлось пересечь гигантский океан. Путь был долог, но я ни разу не пожалел о нем. Отрочество мое закончилось столь быстро, что я не успел вкусить тех наслаждений, кои положены юноше; увы, я почти сразу вынужден был стать мужчиной, волокущим по лестницам мироздания свою неизбежную котомку. Я поднимался вверх, я опускался вниз. Я видел убийственные ураганы, я познал восторг любви и горечь злосчастных моих побед. Мне случилось увидеть нашу планету; я представляю себе горькую нашу историю – а такое дано совсем не многим. Песчинка, крохотная песчинка в могучем вихре вселенной, все мы несемся сквозь чудовищные пространства, лишенные памяти, а значит, и надежды, ибо не бывает сына без отца и будущего без прошлого. Да, однажды мы отказались от памяти, мы забыли миры предков, и таким было желание тех, кто решил, что борьба более не стоит усилий. Все же, не знаю уж почему, но тихо угаснуть нам не удалось. Воля и отчаянная жажда жизни снова погнали нас вперед. Тысячи и тысячи лет пращуры наши сражались в джунглях с порождениями чуждого нам, непонятного мира. Так выросли поколения, способные выживать. Иные тысячелетия возвели троны, создали Закон и вспомнили искусство битвы – хотя подобное не должно было произойти. Сейчас, когда я пишу эти строки в своем кабинете, за спиной моей мягко гудят моторы и подо мной проплывает захолустный городишко Воэн, с которым у меня связано столько воспоминаний… мы одолели «второй океан», и внуки мои увидят, как мы одолеем третий, устремившись к звездам. И все начнется заново. Но пока – пока я совсем не стар, и меня многое еще, я надеюсь, ждет в самом сердце шторма, – я, князь Маттер Лоттвиц-Лоер-и-Гасарпаар, советник Господина Конюшего Левой стороны Королевства Пеллийского, кавалер Звезды Заката с Жемчугами, банкир, королевский корсар и, скажу вам по секрету, – крупный кредитор Трона, – я расскажу вам историю из тех, что принято слушать вечерами у камина, когда чарка уже выпита, а трубка еще полна. Вы же не судите меня строго…
Глава 1
Дворецкий был суров. Огромный и широкоплечий, он стоял перед двумя вельможами в темных дорожных плащах без малейшего намека на подобострастие, глаза его казались пустыми, будто пара давно высохших колодцев. – Его светлость не имеет сведений о вашем визите. – Тонкие губы наконец скривились в подобии улыбки. – Но если вам будет угодно подождать, я доложу. – Доложите, милейший, – нетерпеливо дернул плечом один из гостей, молодой крупный мужчина, облаченный в мундир королевского воздухоплавателя. Его спутник – сухощавый старик с узким остроскулым лицом, поросшим неопрятной клочковатой бородой, поправил свою шляпу, украшенную жемчужной лентой, кашлянул и длинно сплюнул за спину: – Я предупреждал вас, Гусслоф, что тот, к кому мы идем, может оказаться весьма негостеприимным хозяином. Вы мне не поверили… Вы все думаете, что ваше имя открывает любые двери в нашем королевстве. Извольте убедиться: это не так. – Ни о чем таком я не думаю! – резко перебил его молодой. – Зато вы, господин Ларне, того и гляди начнете бояться мышей. Мы пришли по делу, и дело наше серьезное. Раз так – эти двери откроются. Воздухоплаватель оказался прав – дверь действительно вскоре распахнулась, и на мраморном пороге двухэтажного особняка появился знакомый дворецкий. – Господин граф ждет вас, – без малейшего намека на почтение проговорил он, сдвигаясь в сторону. В холле, уставленном древними статуэтками богов, гостей перехватила юная служанка. – Сюда, господа, – она указала на широкую полутемную лестницу. Когда девушка бесшумно взбежала на три ступеньки, лестница осветилась желтым электрическим светом настенных плафонов. – Хм, – удивленно приподнял бровь старик. – Очень остроумно. Что бы вам не устроить такое на своем корабле, Гусслоф? – Мне не до этого, – мрачновато буркнул тот. Служанка остановилась у обитой кожей двери в глубине коридора второго этажа, потянула за свисающий шнур. Дверь медленно открылась, и молодой Гусслоф неожиданно ощутил, как захолодела его спина. Он готовился к встрече с хозяином этого кабинета, он почти отрепетировал свою речь, но сейчас ему почему-то захотелось развернуться и уйти. Прочь, прочь… Едва слышно хмыкнув, господин Ларне пребольно ткнул его пальцем в спину, отчего воздухоплаватель проскочил дверной проем, будто смазанный, а, выровнявшись, понял, что ему не хватает дыхания поздороваться. Впрочем, хозяин особняка избавил его от мучений. – Не надо так нервничать, дорогой барон. – Довольно высокий, широкоплечий, но узкий в бедрах, граф Энгард Дериц положил на письменный стол причудливую трубку с длинным мундштуком и, улыбаясь, шагнул навстречу гостям. – Что вы там все мнетесь, Ларне? Проходите, коль пришли. Я получил ваше письмо, но никак не думал, что вы прилетите столь быстро. Поэтому – да, не ждал. – Нам удалось оттолкнуться от шторма над заливом Хэсс, – довольно осклабился Ларне. – В итоге крейсер барона несло, как никогда в жизни – я даже начал бояться… – Вы?! Никогда бы не подумал. Но присаживайтесь же, господа мои. Обед пока не готов, а что до вин… Дериц быстро пересек свой кабинет, рывком распахнул темную панель стенного шкафа. Гусслоф тем временем опустился в уютное кресло с кистями и осторожно огляделся по сторонам. Логово «Энгарда Всемогущего» выглядело примерно так, как он и представлял его себе. Толстый ковер на полу, стеллажи с книгами; огромный, в рост человека, глобус в углу и темный письменный стол, заваленный какими-то бумагами; несколько моделей старых броненосцев в стеклянных ящичках на специальной полке над дверью балкона. Кабинет ученого? Что ж, граф Дериц действительно был ученым… только вот изыскания его находились в области весьма своеобразной. – Ну вот. – Хозяин выставил на небольшой столик полдесятка кувшинов, три серебряных бокала и вазочку с засахаренными фруктами. – Итак, я прочитал ваше письмо, господин Ларне… – Граф замолчал, потер пальцами переносицу. – Прочитал и, признаться, немного удивился. – Что удивило вас, господин граф? – с преувеличенной вежливостью поинтересовался старик. – Моя просьба о встрече? – Мы встречались не раз, – улыбнулся Дериц. – И я понимаю, что не в ваших привычках болтать о ерунде. Но все же, господин Ларне: вы! – и военно-морская разведка Его Величества?.. – Стратегическая разведка, господин граф. Ларне неторопливо нацедил себе бокал желтого вина с острова Лоум, бросил в рот пару ягод и устроился в кресле поудобнее, всем своим видом давая понять, что разговор будет долгим. – Вы, несомненно, в курсе, что один из наших младших принцев, блистательно окончивший спецшколу в Эльро, полностью посвятил себя службе Трону? Недавно его таланты были отмечены, и он получил должность начальника отдела тайной переписки дипломатического ведомства. Разумеется, такой пост может занять только человек военный – ну да ведь у нас в Пеллии дипломатия считается делом слишком сложным, чтобы поручать его штатским, не так ли? – Принцами занимаетесь вы, дорогой Ларне, – непринужденно рассмеялся Дериц. – О, конечно, – кивнул старик. – Беда с ними, с принцами… по прихоти их королевских высочеств мне то и дело приходится просить о консультации людей, сведущих в самых различных областях знания. Не так давно мне потребовался совет в делах, касающихся наших отношений с Рашеро. Последнее десятилетие, как вы знаете, прошло под знаком расширения торговых контактов с этой весьма богатой страной. Прямо скажем – мы с вами здорово зависим от их олова и меди. Но при этом недавняя попытка Трона обеспечить нашим предпринимателям… – Я знаю, – без улыбки перебил Дериц. – Кто мог подумать, что советником столь важного для нас владетеля окажется бывший главный евнух какого-то бургасского купчишки? – Весьма вероятно, что причина не просто в евнухе, а в том, что среди офицеров охраны торгового посольства оказалась дама, – поджал губы господин Ларне, – которая привела проклятого кастрата в бешенство. – Трон никогда не откажется от фундаментов, на которых выстроена Пеллия, – резко ответил Дериц. – И вы это знаете не хуже меня. И если бы известная нам с вами дама, старший офицер Дворцовой стражи, оказалась вынуждена прятаться от каких-то жалких дикарей, привыкших запирать своих жен и матерей в смрадных подвалах, нам пришлось бы утопиться от унижения. – Вот именно, – вдруг вставил барон Гусслоф. – Хорошо, – махнул рукой Ларне, – пусть будет по-вашему, хотя в таком случае у нас вместо дипломатии получается демонстрация гордыни, и ничего более. Я пришел говорить не об этом, гх-м, инциденте. Дело, которое привело нас к вашей светлости, касается, увы, того самого молодого принца. Один из офицеров нашего дорогого барона встретил юношу в порту Ангрен в компании человека, имеющего репутацию международного авантюриста, причем авантюриста крайне удачливого. Имя этого человека наверняка известно вам не хуже меня, ибо я, ваша светлость, говорю о Седже Терсио… Дериц поднял руку, и господин Ларне умолк на полуслове. Лицо графа стало задумчивым, и от этой его задумчивости на гостей повеяло колким северным ветром. – Ваш офицер, я надеюсь, достаточно надежен? – спросил он, поворачиваясь к Гусслофу. – Более чем, – поспешно ответил тот. – Ненадежных людей у меня на корабле нет и быть не может. Вы, ваша светлость, достаточно осведомлены о специфике нашей службы. – Прошу прощения, барон. Возможно, мой вопрос показался вам бестактным, но я обязан был его задать. Что ж, – граф Дериц повернулся к господину Ларне и выдавил кислую улыбку, – продолжайте, старина. Вы, я так полагаю, хотите напомнить мне о том, что бабушка нашего принца была той самой дамой, чей папаша однажды объявил, что его королевская кровь куда чище, нежели у Его Величества, а потому он готов надеть «доспех мятежа» . – И следующим же утром его нашли удавленным, – понимающе усмехнулся Ларне. – Вы, как всегда, правы, господин граф. Разумеется, наш добрейший принц вполне осведомлен об этом недоразумении, а также о чистоте своей крови. Принцев у нас немало, я даже иногда думаю, что их слишком много… но принц, способный доставить хлопоты Трону, – это уже что-то особенное, не правда ли? Барону Гусслофу вдруг показалось, что на щеках Энгарда Дерица вспыхнул румянец, но длилось это слишком недолго. Воздухоплаватель моргнул, а в следующее мгновение Дериц выглядел все так же невозмутимо. – Вы сегодня на редкость откровенны, дорогой Ларне. Кажется, таким я вас еще не видел! – Терсио кредитовал старые южные семьи… – Вы полагаете, что я об этом не слышал? – Важно не это. Я имею основания опасаться, что, имея такого союзника, как наш принц, он способен устроить на Юге определенные волнения. Которые, вне всякого сомнения, будут использованы его хозяевами из Ла-Велле в борьбе за Рашеро. Дворянство Юга нищает на глазах, спесь соперничает с глупостью, но во всех своих бедствиях они винят не себя, а исключительно Трон. На мятеж у них сил не хватит, но крику, я думаю, будет много. А это значит, что столичные финансисты начнут спешно выводить с Юга свои активы, и на их место придут вездесущие лавеллеры. Следом они ринутся обрабатывать Рашеро, и мы уже никак не сможем им помешать. Наша промышленность не получит необходимое ей сырье, а через пару десятков лет мы с вами обнаружим, что весь наш Юг уже перестал быть Пеллией… Дериц снова поднял руку, прося тишины, и Ларне послушно умолк. – То, о чем вы просите меня, – невозможно. Я поставлен на свое место для того только, чтобы блюсти незыблемость порядков, на которых выстроена Пеллия как таковая. Но, конечно же, некоторые меры принимать придется – вне зависимости от того, нравятся они мне или нет… Граф проводил своих гостей до самых дверей особняка, вызвав тем немалое удивление дворецкого. Гусслофа он успокаивающе похлопал по плечу, а господина Ларне – обнял. Когда мужчины ушли, Энгард Дериц стремительно метнулся к лестнице на второй этаж. – Олеуса ко мне, немедленно! – бросил он, не оборачиваясь. – И дежурного курьера! ----------------- Скачайте книгу в нужном формате и читайте дальше:
Иногда мне кажется, что зимние шторма, сотрясающие скалистые, седые от древности берега южных островов, – это и есть тот самый «Поцелуй моря», родивший из пены волн Королевство Пеллийское. Королевство, для которого тысяча лет – всего лишь страница Книги Книг. Острова и проливы, солнце и сумрак, твердь и волна. Пеллия, ставшая мне домом, хоть я и не просил ее об этом, но все же не нашел в себе сил вернуться в земли отцов.