Хронисты пишут, что белка может пересечь Англию от северного берега и до южного, не спускаясь на землю, а также с востока и на запад, но и здесь, во Франции, Гай Гисборн понял, что и в этих краях миром правит пока что лес, а свободные от него пространства выглядят крохотными проплешинами на огромном зеленом ковре, накрывшем Европу. Пашни с аккуратными домиками окружены густыми дремучими лесами везде и всюду, замки высятся на вершинах холмов, компактные и устремленные вверх, башенки так и вовсе тянутся в небо, чтобы из-под крыши можно было смотреть поверх деревьев. Дороги вынужденно идут через мрачные чащи, и когда видишь впереди упавшее дерево, что загородило дорогу, на всякий случай закрываешься щитом и готовишься отражать нападение либо противника, либо лесных разбойников. Отряд из пятнадцати человек, где Гай Гисборн единственный рыцарь, остальные – ратники и лучники, седьмые сутки шел через леса, питаясь дичью, ягодами, грибами и корешками. На восьмые самый легконогий из них, Сэм, что всегда идет впереди с луком наготове, заорал ликующе: – Деревня!.. Клянусь, вон там деревня! Хайдун, самый могучий из отряда, не расстающийся и теперь с доспехами, снятыми с германского лорда, прошипел люто: – Тихо, дурак!.. Услышат – удавлю своими руками! – Далеко еще, – заверил Сэм, – смотрите, целых семь домов!.. Остальные подтянулись, долго наблюдали за домами и ничего не подозревающими деревенскими жителями. Когда-то здесь осушили участок болота, потом чуть оттеснили сами деревья, теперь здесь пашни, огороды, на краю болота пасутся козы, хрюкают в загородке свиньи, доносится квохтанье кур, звонко прокричал петух… Все поглядывали на Гая, он и раньше командовал большими отрядами в боях с сарацинами и почти из любого боя выходил, сохранив жизни большинства своих людей. – Сперва окружить, – велел он негромко. – Вон там видна дорога в лес… Хайдун, с двумя лучниками встанешь там. Ни один не должен ускользнуть! Он сказал это и сам сжался от стыда, это же обычная французская деревня, а не расположившийся на отдых отряд сарацин. Хайдун прогудел сбоку: – Сэм и Нил – за мной! Гай отправил еще шестерых, чтобы перекрыли возможные пути бегства, а сам, выждав нужное время, вышел из-за деревьев и направился к домам. Их заметили не сразу, а потом раздался испуганный женский крик, люди застыли на минуту, настороженно наблюдая за чужаками, потом начали разбегаться по домам. Слышно было, как гремят засовы, лязгают запоры, кто-то даже придвинул, судя по скрипу и пыхтению, что-то тяжелое к дверям. Рядом с Гаем ровно шагает Армстронг, могучий здоровяк из северных областей Англии, где идут постоянные стычки с шотландскими лордами, но там драться ему показалось скучно и обыденно, вот и отправился в Крестовый поход в жаркую пустынную Палестину, где странные звери и чудные народы. – Заперлись, – проговорил он довольно, – это хорошо… Не люблю, когда разбегаются. Я тоже, сказал Гай молча. Когда разбегаются, не всегда удается остановить иначе как стрелой. Английские лучники – лучшие в мире, а с ним возвращаются лучшие из лучших, кости остальных засыпают раскаленные пески Святой Земли. Эти, уцелевшие, не промахиваются. Они вышли на середину улицы, Гай прокричал громко: – Мы ничего вам не сделаем!.. Мы крестоносцы, возвращаемся домой!.. И хотя наши государи не дружат, но мы с вами не воюем!.. В домах оставалось тихо, хотя он видел, как подрагивают занавески. Армстронг пошел к колодцу и, вытащив ведро с водой, жадно припал к нему, как умирающий от жажды конь. Двое из отряда, не дождавшись, чтобы кто-то вышел, развернулись на куриное квохтанье и почти одновременно выпустили стрелы. Послышался истошный куриный крик, стрелки захохотали и выпустили еще по две стрелы, и каждый раз слышно было, как бьется о землю подстреленная птица. Потом они развели огонь посреди улицы и жарили на вертелах уже почищенных и выпотрошенных кур. Впрочем, все у костра сели так, чтобы никто не подобрался незамеченным, и при кажущейся беспечности каждый видел, что за ними постоянно следят десятки пар глаз. Наконец, после долгого ожидания, из крайнего дома вышел старик, двинулся к ним, едва передвигая ноги. Армстронг сказал ему навстречу насмешливо: – Дед, ты бы лучше дочку, а еще лучше – внучку прислал! Мы бы с ней быстрее обо всем договорились. Старик остановился, лицо непонимающее, а Гай, который владел французским так же, как и английским, сказал приветливо: – Садишь, старик, раздели с нами ужин. Прости, что без спросу, но вы сами спрятались, а мы очень уж оголодали… Старик чуть приободрился, слыша родную речь, поклонился и сказал дребезжащим голосом: – Берите, что хотите, только оставьте нам жизни и не бесчестите наших женщин… Гай сказал с неловкостью: – Нам нужно совсем немного, а бесчестить никого не собираемся. Переведем у вас дух на сутки… может, на двое, а потом отправимся дальше. Не бойтесь нас. Армстронг заметил с блудливой улыбкой: – Зачем же бесчестить? Я слышал, француженки весьма легки на такие дела… Гай спросил благожелательно: – Неужели будете сидеть, запершись, сутки или двое? Пусть выходят. Опять же, утром надо скот выгонять на пастбище, воду брать из колодца… Да и вообще… если бы мы хотели, неужели не смогли бы выломать двери в любом доме? Старик постоял, послушал, лицо древнее и пожеванное, словно старая одежда, пролежавшая сто лет в сундуке, глаза совсем выцветшие от старости, такому в самом деле помирать не страшно, еще раз поклонился и сказал слабо: – Я передам ваши слова, господин. Он повернулся с трудом, слышно, как жутко скрипят суставы (у телеги с несмазанными колесами, что везет тяжелый груз на гору, и то тише), тяжело пошел вдоль домов, едва передвигая ноги. У каждого дома он останавливался и что-то говорил у окна с закрытыми ставнями, но Гай уже смотрел на могучую фигуру Хайдуна, за которым дружно топают его верные соратники Сэм и Нил, луки за спиной, морды довольные. Хайдун опустился рядом, быстро зыркнул по сторонам. – Всего один, – шепнул он. – Жаль, совсем мальчишка. Видимо, послали за подмогой. Или поднять тревогу в других селах. – Где он сейчас? – спросил Гай тоже шепотом. – Отнесли подальше в чащу, – объяснил Хайдун. – В овраге забросали ветками, никто не увидит. – Да мы и не собираемся никого выпускать, – ответил Гай. – О мальчишке молчи. Пусть думают, что добежит и приведет помощь. – Пока ждут и надеются, – сказал Хайдун понимающе, – не будут разбегаться? Это хорошо, будут сидеть тихо. – А мы тем временем уйдем, – пояснил Гай. – Ты прав, командир, – сказал Хайдун с одобрением. – Незачем народ волновать… – Командир всегда прав, – заметил Сэм. – Ну, давайте начнем?.. А то у меня живот к спине присох! – А у меня все еще сарацинский песок в желудке, – буркнул Нил. – Еще не дожарилась, – пояснил Гай. – Да я и сырую сожру! – заверил Сэм. Гай присматривал за порядком, удерживая, чтобы не ринулись вышибать двери, а за это время лучники, не удержавшись, подстрелили еще трех толстых гусей, быстро выпотрошили и тоже взялись жарить там же на костре посреди улицы. Солнце перешло на другую сторону неба, Гай сказал негромко: – Армстронг, отправь двоих на ту же тропу. Так, на всякий случай. – Думаете, кто-то попробует еще за помощью? – Или решит просто сбежать, – пояснил Гай. – Здесь понимают, можем и сорваться. – Ладно, – сказал Армстронг, – буду менять их через каждые три часа. Лучники ушли вроде бы шарить по сараям, затем задами вышли к лесу и приготовились сторожить тропу. Солнце опускалось медленно и величественно, в небе громоздились пылающие горы, где разверзлись исполинские бездны огненных пещер. Гай смотрел с трепетом в душе, ничего подобного не видел в Англии, где небо всегда затянуто низкими и плотными тучами, где даже солнце видишь два-три раза в году. Со стороны болота начало приближаться стадо коров, все упитанные, у каждой отвисающее до земли, разбухшее молоком вымя. Следом мальчишка-пастушонок, испуганный и ничего не понимающий, Гай послал Хайдена и Армстронга встать между коровами и веселящимися лучниками, чтобы ни у кого не было соблазна подстрелить еще и корову, и вообще чтоб оставались у костра, пока коровы не разбредутся по домам. Измученные долгими блужданиями по бесконечному лесу, люди заснули у костра, а Гай долго сидел, прислушивался к затихающим крикам птиц, потом слушал, как в ночном воздухе солидно гудят майские жуки, раздался смачный хруст, летучие мыши ловят их достаточно умело… В полночь послышался далекий женский крик, но как Гай ни прислушивался, везде снова тихо, решил, что спросонья вскрикнула какая-то птица. Армстронг приподнялся, взглянул на него с некоторой тревогой. – Что-то случилось, мой лорд? Гай пробормотал: – Послышалось что-то… – Я ничего не слышу, – сказал Армстронг. – Теперь и я не слышу, – ответил Гай. – Ладно, немного вздремну. Потом разбуди, сменю. – Вы и так меньше всех спите, – сказал Армстронг с грубоватой лаской. – Спите, здесь все спокойно. ------------- "Скачайте книгу в нужном формате и читайте дальше"
Хронисты пишут, что белка может пересечь Англию от северного берега и до южного, не спускаясь на землю, а также с востока и на запад, но и здесь, во Франции, Гай Гисборн понял, что и в этих краях миром правит пока что лес, а свободные от него пространства выглядят крохотными проплешинами на огромном зеленом ковре, накрывшем Европу.
