Землю давно затопили густые летние сумерки, но на верхушках облачных башен еще мягко дотлевали искорки заката. Где-то у горизонта перемигивались зарницы дальней грозы, красновато очерчивая силуэты туч, но грома слышно не было. Журчала вода, орали лягушки, нудили комары — самые обычные звуки встречающей ночь дикой природы. Но басовитый рокот всё-таки пробился сквозь них — медленно нарастающий, мерный, явно непохожий на гром. Под облаками разворачивался взлетевший с военного аэродрома «Ил», свистел турбинами, брал курс на юг, уходил в подоблачную темноту. Из густой травы за пульсирующим красным огоньком следил человек в потертой камуфляжной куртке. Даже на таком расстоянии он мог бы рассказать о чувствах и мыслях тех, кто уносился ввысь и вдаль в дюралевом брюхе машины. Полсотни, не меньше, молодых ребят летели на встречу с войной. Для большинства — первой, для кого-то не дай бог и последней, об этом они тоже думали и не скрывали своих чувств. Александр ощущал их волнение и страх перед неизвестностью. Это явно не ветераны-омоновцы, летящие в очередную «командировку». «А вот интересно, у „бородатых" такие способности есть или нет? — подумалось вдруг. — Есть, наверное, что-то свое, хорошо хоть не занялись этим… Вот тогда бы мы красным умылись по маковку. И так-то хватило… Такое не забывается…» Ночное небо ушло куда-то в сторону, перед глазами всплыло бешеное горное солнце. …В узкой тени остатка стены разрушенного дома сидели серо-желтые от пыли люди и жадно глотали горячий воздух. Воздуха не хватало на всех, ребра пытались прорвать выгоревшее хэбэ, скинуть бронежилет вместе со всеми магазинами и гранатами, открыть белесому небу судорожно всхлипывающие легкие — дышать, дышать!.. Даже для тренированного, но родившегося на равнине молодого парня высокогорье — не лучшее место для забега. А здесь бежать пришлось долго, причем не по прямой. Пулеметчику со склона горы их прыжки и зигзаги могли бы показаться забавными, но не попал ведь! Это сейчас главное. А легкие успокоятся, им не привыкать. Первым отдышался невысокий узкоглазый крепыш, перепоясанный поверх бронежилета длинной пулеметной лентой. — Ну что, влипли, — всё-таки пришлось прерваться на вдох, — или еще нет? И откуда он, … такая, долбит?! Остальные прислушались. Пулемет молчал, но незаметно выбраться из-за стены явно не удалось бы. — Не разводи пар, Миша, и без того дышать трудно, — откликнулся кто-то от другого края стены. — Тихо вы, дайте командиру подумать. Все замолчали. Командир сидел, закрыв глаза, дышал спокойно и размеренно, словно решил вздремнуть в свободную минутку. На загоревшем до кирпичного цвета лице выделялись два белесых шрама. Молчание затягивалось. Минута, другая, третья… Разведчики начали беспокоиться. Александр, сидевший ближе всех, дотянулся до скрытого брезентом плеча и слегка потряс: — Товарищ капитан, вы не ранены? — Нет, всё нормально. — Командир так и не приоткрыл глаза. — Кулиев, надень на ствол каску и подними над стеной. Только сам вслед за ней не сунься. Крепыш с пулеметными лентами снял с головы горячий стальной колпак в матерчатом чехле, аккуратно приладил к стволу своего пулемета, оглянулся на капитана — тот всё так же сидел с закрытыми глазами — и приподнял оружие. Над головами звонко продолбило, посыпалась каменная крошка, солдат убрал каску. — Этот сойдет, — в голосе капитана слышалось такое удовольствие, словно он выбрал спелый арбуз в груде безнадежно зеленых. — А теперь по моей команде то же самое, но еще одну каску сбоку, из-за угла. Разведчики насторожились. Мало им пулеметчика, так еще… — Готовы ? Давай! Долбящая струя свинца и стали и почти не различимый в грохоте одинокий выстрел. Каска со звоном летит в пыль — та, что высунули из-за угла. — Так, нормально. — Капитан открыл глаза. — Больше сюрпризов не будет. Саша, подствольник заряжен? Сядь на корточки лицом к стене. По команде поднимешься, двести перед тобой и чуть слева на склоне дерево, под ним куст — бей туда, добавишь автоматом. Кулиев, твоя цель — влево вперед четыреста, над лощинкой обломок скалы, постарайся накрыть обе стороны, бей длинной с рассеиванием. Главное — не дай ему высунуться. Остальные — выпрыгиваем влево. Дальше и чуть вниз — сарай, за ним под кустами канава, нам туда. На бегу огонь по лощине слева. Всем ясно? К бою… вперед!!! Александр вскочил, бесконечно длинную долю секунды искал взглядом дерево и наконец выстрелил. Одновременно с мощным хлопком гранатомета рядом зарокотал «пэкаэм» Мишки. Смотреть, где тот булыжник и лощинка и накрыл ли их пулемет, было некогда: главное — поймать на пляшущую мушку куст и удерживать трясущийся автомат, чтобы не вело в сторону. Граната взорвалась чуть дальше, чем надо бы, а перезаряжать нет времени… Кулиев, как потом оказалось, зацепил-таки снайпера, разбил и винтовку и прицел, но то ли стрелок уполз, оставив бурые пятна, то ли его утащили. Пулеметчик лежал в окопчике между кустом и деревом, уткнув заросшее черной бородой лицо в самодельный приклад. Спина была пробита осколками гранаты, несколько пуль попали в плечо. В лощине нашли еще два трупа, из-под маскировочных курток виднелись черные рубашки. Судя по следам, нападавших было больше, и их нужно было опять гнать по горам, пока они не бросят оружие или точно так же не упадут на землю, которую не поделили два братских советских народа… Уже внизу Александр подошел к командиру и задал вопрос, на который пыталась себе ответить вся разведгруппа: — Товарищ капитан, как вам удалось их тогда засечь? Пулеметчика — ладно, он по нам стрелял, а снайпера? Чутье? — Чутье, — совершенно серьезно ответил капитан, затягиваясь «беломориной». — Ты, кстати, их тоже мог бы почувствовать. Только опыт нужен, ну и чуть-чуть умения. — А это сложно? Товарищ капитан, а вы этому научить можете?! — Другому чему — пожалуй. А этому не могу, Саша, не могу. Ты, может быть, когда и научишься сам, а может, тебя научат. Опять же Кулиева, например, и пробовать не стоит, не получится у него — по крайней мере, я не научу. Другие, может, и смогли бы… — В голосе командира послышалась не то печаль, не то зависть.
* * *
…Кавказские горы растаяли в российских сумерках. Точнее, в ночи — пока Александр бродил по прошлому, транспортник исчез за облаками, да и на самих облаках вместо заката заблестел лунный свет. Капитан действительно кое-чему научил сержанта-разведчика. Потом эта наука пригодилась не раз и не два — и в горах, и на гражданке. И в другом оказался прав — позже нашлись те, кто научил еще большему. Александр улыбнулся, вспомнив первую встречу. Эффектно, ничего не скажешь: ночью, на лошадях… Поездка по городу верхом, ноющие с непривычки ноги, р-романтика! Впрочем, теперь он и сам в такой ситуации предпочел бы коня, а не «Мерседес». Тем более что через узкие проулочки между домишками прошлого века крутая тачка попросту не пролезет, а мотоцикл разбудит всех окрестных старушек…
* * *
В сенях было темно и пахло мышами. Тонкая полоска света обозначила контур двери, лучик выбивался из замочной скважины, подсвечивал ручку. После сегодняшних приключений, сильно напоминавших голливудскую постановку в исполнении деревенской самодеятельности, за дверью вполне можно было увидеть хоть дубовый стол с древними фолиантами и филином, восседающим на человеческом черепе, хоть прокуренную комнату с десятком хмурых и небритых, некогда интеллигентных личностей, с «Калашниковым» на раскладушке и бутылками по углам. Помещение приятно удивило. Книги на полках вполне современные, половина названий и авторов знакома, на старом резном столе — новенький компьютер, на подоконнике — самовар… увы, не старинный, а электрический. Вместо бородатого старца — мужчина лет пятидесяти, оторвавшийся от клавиатуры только через несколько секунд после появления гостя. — Приехал-таки? Ну заходи, Саша, заходи, не стой на пороге. Не удивляйся, что сразу на «ты», можешь точно так же и по имени — Олег, и всё. Да ты заходи, присаживайся, разговор долгий. Сначала Александр никак не мог понять, что его настораживает в этом радушном хозяине. Мужик как мужик, глядит спокойно, лицо чуть морщинистое, обветренное, усы подстрижены, как у одного отставного политика-генерала, и такая же шевелюра с густой проседью. Лицо нормальное, одежда нормальная, только вот человек какой-то не такой. И почему-то вспоминается бывший командир. — Что-то беспокоит? Ну так задавай вопросы, ты ведь именно для этого сюда приехал. Да садись ты! Чаю хочешь? Назвавшийся Олегом шагнул к самовару, и тут до Александра дошло. Человек в комнате был, и в то же время его не было! То есть и пол под ногами скрипел, и тень на стену падала, и обои через него не просвечивали — а всё-таки не чувствовалось, что рядом живой человек. Александр попробовал посмотреть «внутренним зрением», которому в свое время научился у капитана, — нет человека! Самовар горячий есть, вода из него в чашку льется, человека рядом глаза видят, а безошибочное до этого чутье — нет. Дела-а-а… Хозяин обернулся, поймал удивленный взгляд. Нахмурился, не понимая, и вдруг рассмеялся. — Ах вот в чем дело! Александр даже отшатнулся — настолько внезапным было «появление». — Не знал, если честно, что ты это так воспринимаешь. Люди обычно не реагируют. Вопросов стало еще больше, и далеко не все — приятные. Если «люди» — отдельно, то кто перед ним? И за кого здесь принимают его, Александра? Олег вздохнул. Похоже, умел читать мысли. Впрочем, не исключено и то, что у приходящих сюда впервые людей (или нелюдей?) мысли не отличались разнообразием. «Сейчас он начнет мне задвигать про избранную расу, какое-нибудь предначертание или пришельцев», — подумал Александр. С сектантами и просто обчитавшимися всего подряд полусумасшедшими сталкиваться приходилось, но в сочетании с только что продемонстрированными способностями и, в конце концов, разъезжающими по ночному городу всадниками — впервые. От мистики и людей, организованно ею занимающихся, хорошего обычно бывало мало. Впрочем, на очередное «Белое Братство» тоже не слишком похоже. — Саша, давай договоримся: я тебя не прошу верить, а ты не удивляешься и не считаешь меня психопатом. Просто представь себе, что мы обсуждаем одну интересную теорию. Что ты слышал о древнем народе? Не о скифах или сарматах, а о тех, кого так и называли — Древний Народ? ------------------------------------------------------------
"Скачайте
всю книгу в
нужном формате и читайте дальше"
Землю давно затопили густые летние сумерки, но на верхушках облачных башен еще мягко дотлевали искорки заката. Где-то у горизонта перемигивались зарницы дальней грозы, красновато очерчивая силуэты туч, но грома слышно не было. Журчала вода, орали лягушки, нудили комары — самые обычные звуки встречающей ночь дикой природы. Но басовитый рокот всё-таки пробился сквозь них — медленно нарастающий, мерный, явно непохожий на гром. Под облаками разворачивался взлетевший с военного аэродрома «Ил», свистел турбинами, брал курс на юг, уходил в подоблачную темноту.
