История, о которой пойдет речь, частично уже знакома читателю: многие помнят книгу Юлиана Семенова «ТАСС уполномочен заявить…» и снятый по ее мотивам многосерийный телевизионный фильм. Основа событий была типичной для политических детективов подобного рода — ЦРУ вербует в одной вымышленной африканской стране советского гражданина, и тот передает вражеской разведке важные секретные сведения, которые американцы затем используют в своих интересах, чтобы влиять на положение в регионе, вплоть до свержения законного, а значит, «хорошего», правительства суверенного государства. Трианон — такое кодовое имя дали американцы своему агенту — стремится любой ценой избежать разоблачения и даже убивает для этого женщину, которая любила его. И все же провал неизбежен. Тогда, понимая, что ему придется ответить за все свои преступления, Трианон кончает с собой при аресте. Однако его самоубийство не мешает советской контрразведке задержать с поличным кадрового американского разведчика, работавшего в Москве под прикрытием посольства США. Очень многое из того, что попало в книгу Семенова и что было показано на экране в телефильме, соответствует действительности. Однако подлинная история Трианона — сотрудника Министерства иностранных дел СССР Александра Огородника — была тайной за семью печатями, она имела гриф «Совершенно секретно» и была известна в подробностях только руководящему и оперативному составу центрального аппарата КГБ и отдельных периферийных органов. В свое время автору этих строк было поручено прочитать ряд лекций об операции для тех, у кого был допуск к информации. С тех пор прошло более двух десятков лет. За это время лишь однажды, в 1982 году, на страницах одной из центральных газет прозвучало имя Огородника, и он был назван американским шпионом, да и то место его бывшей работы так и не было указано. В феврале 1997 года, когда исполнилось двадцать лет со дня выхода в свет книги Юлиана Семенова «ТАСС уполномочен заявить…», одна из московских газет опубликовала интервью с бывшим первым заместителем начальника Второго главного управления КГБ СССР генерал-лейтенантом в отставке Виталием Константиновичем Бояровым, который был одним из непосредственных руководителей операции по разоблачению Трианона-Огородника. Он также разработал и операцию по задержанию с поличным американской разведчицы Марты Петерсон, работавшей вице-консулом при посольстве США в Москве. Из интервью Боярова публика впервые узнала, что имя Трианона — Александр Огородник, что он был дипломатом и работал в советском посольстве в Колумбии, затем в Управлении по планированию внешнеполитических мероприятий (УпВМ) при МИД СССР, что он передавал важную секретную информацию на Запад, чем нанес весьма ощутимый вред нашему государству. Заодно генерал-лейтенант в отставке сообщил многие другие любопытные подробности дела и рассказал о работе над многосерийным телевизионным фильмом «ТАСС уполномочен заявить…». Тема стала популярной, и Артем Боровик пригласил в свою телепрограмму «Совершенно секретно» людей, участвовавших в операции, и тех, кто работал над телевизионным фильмом. Автору этой книги выпало быть ведущим той телепередачи. Конечно, один час эфирного времени — это очень мало для того, чтобы рассказать во всех подробностях о своей работе и поделиться воспоминаниями. И все-таки отзывы зрителей были очень благожелательными, передача прошла с успехом и вызвала к себе интерес даже в среде сотрудников ФСБ и СВР. Об операции молчали долго, средства массовой информации обходили ее стороной, и причиной тому было одно — руководство Министерства иностранных дел, во главе которого стоял А. Громыко, упрямо не желало выносить сор из избы. В результате даже в МИД об истинной истории с Огородником было известно только ограниченному кругу руководящих работников, а все документы были засекречены. По совету многих моих товарищей, которые работали вместе со мной по этому делу и знали, что у меня уже кое-что написано в виде воспоминаний, я, по прошествии более двадцати лет, рискнул вновь возвратиться к этой интересной, на мой взгляд, и в какой-то мере поучительной истории и более подробно, чем делалось это ранее, рассказать о том, как советские контрразведчики в жестокой борьбе выиграли один из нелегких поединков с ЦРУ США, известным своей «непобедимостью», что это были за люди, как они преодолевали возникавшие перед ними трудности и добивались успехов в борьбе с таким опытным и коварным противником, что представляли собой те, кто предавал интересы своей родины, продаваясь нашим недругам, подобно Иуде, за тридцать сребреников. Другой причиной, побудившей меня взяться за перо, стало то, что каких-либо основательных и подробных публикаций по этому делу с использованием воспоминаний очевидцев в нашей печати никогда не появлялось и читатель был лишен возможности узнать подробности всей этой истории из первых уст. А то, что уже давно пишут о Трианоне за рубежом, зачастую не выдерживает никакой критики. Взять, к примеру, книгу известного американского писателя и журналиста Пита Эрли «Признания шпиона. Подлинная история Олдрича Эймса». В этом произведении — а его теперь можно увидеть в переводе на русский и на прилавках наших книжных магазинов — кое-что написано и об Александре Огороднике, которого П. Эрли почему-то упорно называет Тритоном. Однако рассказанное там о Трианоне, мягко говоря, мало соответствует действительности и преподносится читателю, в том числе и зарубежному, явно с подачи ЦРУ США, которое, стараясь представить дело в выгодном для себя свете, не гнушается фальсификаций, а проще говоря, откровенного вранья. Вместе с тем нельзя не признать и того, что кое-что из написанного представляет интерес и заслуживает определенного внимания— например, использование американской разведкой ядов, которыми она снабжает своих агентов. В своих воспоминаниях я старался быть предельно объективным и не пропустить ни одной из сколько-нибудь значительных деталей дела по разоблачению американского шпиона А. Огородника (Трианона). Насколько удалось мне справиться с задачей, которую ставил я перед собой при написании книги, об этом уже судить читателю.
Середина семидесятых годов. То самое время, когда наша великая страна шла еще уверенной поступью — или так нам, по крайней мере, казалось — по пути развитого социализма, а газеты буквально пестрели сообщениями о славных трудовых свершениях на стройках коммунизма. Раннее, немного прохладное летнее подмосковное утро. Над полями и перелесками вдоль широкой автомагистрали, отходящей от Ленинградского шоссе, стелется легкая дымка. На листве деревьев, траве и в придорожных зарослях иван-чая после прошедшего на рассвете кратковременного дождя искрятся в ярких лучах восходящего солнца и тут же гаснут несметные капельки оставшейся влаги. На уже почти сухом дорожном покрытии там и сям мелькают, словно небольшие зеркальца, еще невысохшие лужицы дождевой воды. Мимо стремительно проносятся неизвестно по чьей инициативе, кем и для кого выставленные на разделительной полосе большие красочные рекламные щиты, рекомендующие тем, кто их успеет прочитать за считанные секунды, непременно хранить свои деньги в сберегательных кассах, потреблять в качестве приправы к мясным блюдам только соус «кетчуп» и содержащие множество других того же рода «актуальных» советов, адресованных людям, которые не более чем через час-полтора, сидя в салоне самолета, покинут нашу гостеприимную страну — порою навсегда. Покой просыпающейся природы периодически нарушает доносящийся издалека приглушенный рев прогреваемых моторов и турбин готовящихся к вылету трансконтинентальных лайнеров. Для их экипажей рабочий день в полном разгаре. Аэропорт и его многочисленные службы готовы принять пассажиров дальних рейсов. На пандус нового московского международного аэропорта Шереметьево-2 одна за другой въезжают легковые автомашины и автобусы. Из зеленого пикапа с номерными знаками какого-то военного учреждения с легким багажом не спеша выходит группа молодых людей, оживленно переговаривающихся о чем-то между собой. Среди них выделяется элегантно одетый мужчина с небольшими бакенбардами, несколько выше среднего роста, плотного телосложения и приятной внешности. Он что-то весело рассказывает, и все, кто слушает его, смеются. Это сотрудник Отдела стран Латинской Америки Министерства иностранных дел СССР Александр Дмитриевич Огородник. Рядом с ним его жена Александра, молодая стройная армянка. Их провожают его брат, сестра с невзрачным суетливым мужем в форме майора Советской армии и высокий сухощавый мужчина с едва заметными залысинами, которого зовут Николаем. До отлета самолета на Нью-Йорк остается не более часа. Как и у улетающих дальним рейсом, так и у провожающих настроение приподнятое. Видимо, сказывается выпитое накануне, как и полагается в таких случаях, шампанское, а может быть, и что-нибудь покрепче. Огромный зал ожидания встречает их обычным шумом и суетой. Регистрация пассажиров на рейс 315 SU и сдача багажа не занимают много времени и проходят спокойно, без каких-либо помех. Для убывающего к новому месту службы дипломата это была уже не первая поездка за рубеж. Он и ранее, будучи еще комсомольским активистом в период учебы в Московском государственном институте международных отношений, неоднократно включался руководством Комитета молодежных организаций (КМО СССР) в состав выезжающих за границу комсомольских делегаций для установления или укрепления связей с различного рода молодежными организациями ряда латиноамериканских стран. Официальной целью этих поездок была пропаганда так называемого советского образа жизни и идей социализма в развивающихся странах. Подобная задача ставилась перед советскими посланниками с учетом, в частности, того, что в ту пору необходимо было оказывать активное противодействие получившей довольно широкое распространение среди молодежи маоистской литературе, доставляемой туда из Китая. Одной из таких стран была Колумбия. Наконец-то осуществилось его заветное желание: он летит в Боготу, правда, в качестве второго секретаря советского посольства. Должность, по его мнению, невысокая, но другой ему не предлагали, так что пришлось довольствоваться тем, что есть. Главным для него было выехать в соответствии с его профессиональным предназначением в длительную загранкомандировку. Колумбию он выбрал не случайно, так как однажды уже бывал там, и страна ему понравилась. Он свободно владел испанским. Знала этот язык и его жена Александра, выпускница того же МГИМО. У него, сына морского офицера, позади осталось Севастопольское нахимовское училище, оконченное им с золотой медалью, Ленинградское высшее военно-морское училище имени М. В. Фрунзе, которое, к большому сожалению, ему пришлось оставить из-за неожиданной резкой потери зрения, непродолжительная работа наборщиком в одной из московских типографий, а затем учеба в престижном МГИМО, успешная защита диссертации на соискание ученой степени кандидата экономических наук и, наконец, работа в не менее престижном министерстве. У турникета, ведущего к выходу на посадку, оживленная беседа завершается напутствиями и добрыми пожеланиями. Через несколько минут супруги уже сидели в удобных креслах авиалайнера «Аэрофлота». А потом будет несколько часов полета до Туманного Альбиона, дозаправка самолета топливом в лондонском аэропорту Хитроу и длительный перелет через кажущуюся безбрежной Атлантику в Новый Свет. Что обретут они в далекой стране за океаном? И с чем возвратятся на Родину?.. Этого еще пока никто не знал. После непродолжительного пребывания в нью-йоркском аэропорту Кеннеди сверкающий в лучах солнца лайнер «Боинг-707» понес их к берегам сказочно красивой Латинской Америки. Длительный многочасовой полет с посадками в Майами на полуострове Флорида и в Панаме завершился в Колумбии, одной из красивейших стран Южноамериканского континента, в аэропорту столицы этого государства — города Боготы. Привычных пассажиров совершенно не удивило то, что перед посадкой самолет снова начал взмывать вверх, так как аэродром находится на весьма значительной высоте над уровнем моря. Потом — снижение и легкий пружинящий толчок колес о бетон взлетно-посадочной полосы. Встречавший нового сотрудника и его жену комендант советского посольства по скоростной автотрассе авенида Аэропуэрто доставил их к жилому дому посольства и вручил ключи от квартиры. После того как они позавтракали и немного отдохнули, он отвез Александра Огородника в посольство, в полутора километрах от их нового места проживания. Советское дипломатическое представительство размещалось в старинном четырехэтажном особняке, построенном в виде древнего замка. Это здание с большим садом, с экзотическими деревьями, цветами, бассейном и фонтаном было куплено когда-то у богатого латифундиста. Рабочий день уже начался, и вскоре Огородник был принят нашим послом Германом Емельяновичем Шляпниковым, опытным дипломатом, проведшим многие годы на работе за рубежом. В кабинете царила приятная прохлада, был слышен мерный шум работающих кондиционеров. За большим письменным столом с аккуратно разложенными на нем стопками книг, журналов и газет, немолодой, с легкой проседью и немного усталыми глазами, в безупречном светлом костюме, белой рубашке и модном галстуке, сидел посол. На стене за его спиной красовался портрет Генерального секретаря ЦК КПСС Л. И. Брежнева. Сбоку стоял большой книжный шкаф, доверху наполненный томами с произведениями классиков марксизма-ленинизма и их последователей. Над ним, как и полагается, висели портреты К. Маркса и В. И. Ленина. — Я рад приветствовать вас, Александр Дмитриевич. Мне уже доложили, как вас встретили в аэропорту, как вы устроились на новом месте и что квартира вашей супруге и вам понравилась и вы немного отдохнули с дороги. — Большое спасибо, Герман Емельянович, все обстояло самым лучшим образом, мы с женой всем довольны. — Ну и прекрасно! Я надеюсь, что вы быстро адаптируетесь к местным условиям и климату: они не совсем привычны для жителей центральных районов России. Жить на высоте две тысячи шестьсот метров над уровнем моря — примерно то же самое, что находиться постоянно на Клухорском перевале Военно-Сухумской дороги. — Все было отлично, я не могу пожаловаться на отсутствие внимания к нам. — Вот и хорошо! Не скрою, что наслышан о ваших личных и деловых качествах. Мы давно ждали приезда специалиста по вопросам экономики. А теперь мне хотелось бы сразу приступить к делу и определить, пока хотя бы в общих чертах, круг ваших обязанностей. Колумбия имеет для нас большое значение как торговый партнер, и мы весьма заинтересованы в расширении наших торгово-экономических связей с этой страной. Вам предстоит практически заново организовать аналитическую работу, связанную с экономическим положением в стране и сбором необходимой для этого официальной информации. Не будем никого винить, но вспомним о том, что наши дипломатические отношения с Колумбией, как вам известно, были восстановлены лишь в шестьдесят восьмом году. Экономическая и политическая обстановка здесь довольно сложная. Вам предстоят поездки по стране и общение с представителями деловых кругов. Дополнительно в круг ваших обязанностей будет входить также сбор информации по некоторым внутриполитическим вопросам, и в частности о деятельности молодежных организаций маоистского толка. Нас, как и местных коммунистов, не может не беспокоить активное проникновение в страны Латинской Америки эмиссаров из Китая и маоистской литературы. Отношения с местными властями у нас хорошие, и пока каких-либо серьезных конфликтных ситуаций по поводу деятельности нашего посольства, не в пример с прошлыми временами, не возникало. Посол, вероятно, не счел необходимым подтвердить это конкретными примерами, хотя сравнительно недавно полиция задержала нашего сотрудника в городе Картахене во время проводимой местными марксистами демонстрации рабочих. Он подозревался в подстрекательстве. Скандал был улажен, а власти, видимо, не имея достаточных улик, подтверждающих их версию, освободили его из-под стражи уже в Боготе и не сочли возможным ставить вопрос об объявлении его персоной нон грата. Огородник, выслушав посла, произнес: — Что касается экономики Колумбии, то должен вас, Герман Емельянович, заверить, что я в достаточной мере подготовлен и каких-либо проблем у меня, надеюсь, не возникнет. А что касается второго поручения, то мне уже приходилось с этим сталкиваться, когда я по линии КМО выезжал в страны Латинской Америки, включая Колумбию. Это тоже большой сложности не представляет. Меня волнуют только проблемы с транспортом, на что, как мне уже говорили в министерстве, сетовал мой предшественник. — Вопрос с транспортом, Александр Дмитриевич, мы постараемся уладить в ближайшее время. Как вы понимаете, в посольстве тоже периодически возникают трудности финансового характера, связанные с различного рода вещами: ремонтом автотранспорта, квартир, приемами и так далее. Первое время вы вместе с одним из своих коллег будете пользоваться машиной, которую купите на деньги посольства, а потом посмотрим. Завтра утром я представлю вас коллективу сотрудников посольства, и вы приступите к работе. Коллектив у нас хороший, и я уверен, что вы в него успешно впишетесь! Кстати, а каково ваше отношение к волейболу? — Самое положительное! — Ну, тогда до встречи на волейбольной площадке! А пока устраивайте ваши личные дела и отдыхайте. Огородник не покривил душой, когда сказал, что они с женой всем довольны. Им предоставили небольшую, со вкусом обставленную двухкомнатную квартиру с телефоном и прочими удобствами в четырехэтажном доме для сотрудников посольства и торгового представительства. Дом располагался в одном из престижных районов города на улице 7-а. До места работы можно было без труда ходить пешком или ездить на автобусе. Эти мощные, но уже не новые, пестрящие рекламой машины, носящиеся со скоростью не менее восьмидесяти километров в час, в Боготе считаются королями дорог. По соседству с домом много магазинов, больших и малых— на любой вкус— кафе, где можно в свободное время всегда найти место в помещении или на открытом воздухе, под сенью деревьев и разноцветных тентов, и, устроившись в уютном кресле за чистеньким столиком, выпить чашечку ароматного колумбийского кофе, съесть мороженое или просто посидеть со стаканом сока и послушать музыку. Пройдет совсем немного времени, когда Огородник как бы случайно будет встречаться здесь с немалым числом своих поклонниц.
Может быть для 1984 года фильм был хорош. Но когда я в 2016 скачал его на торренте и попытался смотреть, уснул на первой серии. Плакатная советская агитка, особенно карикатурно смотрятся зарубежные разведчики. Кикабидзе в роли иностранного Джеймса Бонда вообще вызывает гомерический смех.
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация |
Вход ]
История, о которой пойдет речь, частично уже знакома читателю: многие помнят книгу Юлиана Семенова «ТАСС уполномочен заявить…» и снятый по ее мотивам многосерийный телевизионный фильм. Основа событий была типичной для политических детективов подобного рода — ЦРУ вербует в одной вымышленной африканской стране советского гражданина, и тот передает вражеской разведке важные секретные сведения, которые американцы затем используют в своих интересах, чтобы влиять на положение в регионе, вплоть до свержения законного, а значит, «хорошего», правительства суверенного государства. Трианон — такое кодовое имя дали американцы своему агенту — стремится любой ценой избежать разоблачения и даже убивает для этого женщину, которая любила его. И все же провал неизбежен. Тогда, понимая, что ему придется ответить за все свои преступления, Трианон кончает с собой при аресте. Однако его самоубийство не мешает советской контрразведке задержать с поличным кадрового американского разведчика, работавшего в Москве под прикрытием посольства США.
